среда, 18 марта 2020 г.

Юдифь и Олоферн: та, из-за которой мужчины теряют голову.

Множество историй таится в Ветхом Завете и древней истории. Мы так многого не знаем или знали поверхностно - а ведь эти истории весьма увлекательны, и многократно изображались художниками всех времен и эпох. И истории этих картин - также весьма увлекательны...

Вот, к примеру, Юдифь из Ветхого Завета с усекновенной головой Олоферна писал чуть ли не каждый уважающий себя европейский художник начиная с XIV века, причем некоторые из них - много раз.


Неплохо бы узнать что же  в этой женщине так притягательно для мужчин и для художников? И  отчего они ею восхищаются?


Вся эта история рассказывается в апокрифе под названием Книга Юдифи.
Ветхозаветные апокрифы - это книги, сочиненные в тот же период, что и Ветхий Завет,
но не признанные той или иной группой верующих. События в них происходят в те же времена, действуют похожие персонажи. В них мало или вовсе нет божественного духа и много практического, романтического и приключенческого смысла. Книга Юдифи не вошла в еврейскую Библию (Кетувим), а также в протестантский канон Ветхого Завета, но является частью библейских канонов римско-католической и православной церкви. В Библии ветхозаветные апокрифические сочинения обычно располагаются между Ветхим и Новым Заветом.

История,которую мы с детства как бы и слышали, но знаем весьма отрывочно и не полностью, звучит так:
     Олоферн,полководец ассирийского царя Навуходоносора, осадил иудейский город Бетулию (или Ветилею, впрочем, название, скорее всего, вымышленное), который располагался в горах и перекрывал его армии путь на Израиль, к Иерусалиму. Прошел месяц. В городе начался голод, люди падали без сил на улицах, дети слабели и болели. Старейшины созвали собрание, чтобы обсудить условия сдачи. Они решили еще пять дней подождать знамения свыше и, если никакое чудо город не спасет, открыть ворота врагу. Каково же было изумление почтенных старцев, когда на собрание явилась красавица Юдифь, известная своим умом и благочестием состоятельная вдова, и предложила город не сдавать, а Олоферна убить. Ее спросили, как - убить? Она ответила, что справится с делом сама, и попросила не задавать ей лишних вопросов. Старцы благоразумно предпочли не вмешиваться. Юдифь омылась водами и благовониями, накрасилась, надела роскошные одежды и....
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ:



Итак, Юдифь омылась водами и благовониями, накрасилась, надела роскошные одежды и в сопровождении служанки отправилась во вражеский стан.
Представляешь себе состояние полководца, месяц безвылазно торчащего в скалистой пустыне среди солдат и горных коз, при виде чисто вымытой, благоухающей и нарядной женщины дивной красоты? Юдифь ему очаровательно улыбнулась и сказала: «Мы слышали о твоей мудрости и хитрости ума твоего, и всей земле известно, что ты один добр во всем царстве, силен в знании и дивен в воинских подвигах». И все - Олоферн был готов. У него голова пошла кругом от восторга, от близости роскошной, мудрой и таинственной женщины. Олоферн принялся за нею красиво ухаживать, на третий день устроил для нее пир. И потом, распаленный страстью, уединился с нею в своем шатре. Когда Олоферн уснул, Юдифь обезглавила его двумя быстрыми ударами кинжала (по другим источникам - лежавшим рядом мечом). Затем положила голову полководца в корзинку для провизии, вручила ее служанке и отправилась через весь лагерь кокетливой походочкой в свой родной город. Утром перепуганные ассирийцы обнаружили обезглавленное тело вождя, сняли осаду и, как написано в Книге Юдифи, убрались восвояси.

Почему миссия увенчалась успехом: А вот лично мне  почему-то мультфильм вспомнился - из новых, про трех богатырей. "Добрыня Никитич и Змей Горыныч". Вам кажется, что это отступление не к месту,  а нет - отнюдь. Там, в мультфильме, Добрыня Никитич говорит гонцу Елисею буквально следующее: "Главное - ДУХ УКРЕПИТЬ". Вот так буквально.
Да оно и так - слабый духом человек подобног, что сделала Юдифь, никогда бы не сделал. Спасовал морально.  А она мало того, что ни жилка в лице не дрогнула, хотя она знала,  на что шла - она довела все это до конца.
И - самое основное - доведя, спокойно жила дальше, как видимо... Понятно, что времена были акие, когда человеческая жизнь ценилась дешевле ломаного гроша, но все же - воспитанная в неге и сытости богатая белокожая вдова...
И вдруг - дух и навыки спецназовки - беспощадной и смелой. Это ж додуматься! Со спокойным лицом и нежностью во взоре такое сотворить и назад вернуться с ангельски аспириновым видом!
Юдифь было трудно заподозрить в обмане, так как она верила в свою правоту, понимала мужчин, и ей нравилась роль соблазнительницы, которую она играла. К знаменитому полководцу пришла не дрожащая бледная девственница с видом мученицы или жертвы, а роскошная и умная, смелая и сексуальная женщина. Девственницу Олоферн взял бы где-нибудь под повозкой, чтобы утолить страсть, и потом отдал солдатам. А внимание опытной умной красавицы безмерно льстило его самолюбию. Он чувствовал себя рядом с нею не только похотливым самцом, но и значительным человеком. Олоферн не мог объяснить ее появление алчностью, так как в те времена признаки достатка были у женщин буквально на лице написаны: кожа богатой вдовы, не знающая палящего солнца, пленяла белизной и гладкостью, а одежда - роскошью. Выходит, подарки и деньги ей не нужны, а нужен только он, великий!
Как всякого мужчину, его дразнила и привлекала опасность - Юдифь пришла из вражеского стана, ее следовало покорить. И ему хотелось одержать над нею верх сексуальным путем, чтобы самоутвердиться чисто по-мужски. Вероятно, он не исключал возможности двойной игры со стороны красотки, так как был мудр и опытен, но счел себя - неотразимым, а риск - небольшим. И ошибся.

В постели с врагом: Олоферна возбуждала эта смертельно опасная игра. Он слушал откровенную лесть прекрасной гостьи, смотрел в ее глаза и видел в них свою смерть. И в нем возникло дикое желание - не просто утолить свою страсть, но влюбить в себя эту роковую женщину и удержать ее от убийства. Многие мужчины втайне фантазируют про секс с агрессией и угрозой смерти. Некоторые осуществляют фантазию в виде игры - в компании близкой женщины или проститутки, по заранее разработанному сценарию. Но только сильный и незаурядный, фанатично верящий в себя мужчина, живущий на адреналине, рискнет воплотить подобную фантазию в жизнь. И кому как не полководцу, знающему, как горячит кровь игра «убей или будь убитым», поддаться на провокацию умной красавицы, предложившей ему столь потрясающие ощущения! Он увлекся Юдифью не тогда, когда она ему льстила и соблазняла нарядами, а в тот момент, когда понял: «Ведь убьет - и не дрогнет!»

Точно те же ощущения испытывал герой нашумевшего в свое время фильма «Основной инстинкт», когда воспылал страстью к женщине - серийной убийце. Она убивала мужчин во время секса. И он подумал: «А вдруг я смогу приручить эту опасную, сильную, властную женщину, и она меня полюбит?..
И я почувствую себя ее властелином». И поддался искушению. Герой фильма выжил. Олоферн - нет. Он хотел играть до конца. В его воображаемом сценарии остановиться должна была Юдифь - это же ей хотелось убить, и тогда победа была бы за ним. Поэтому он ее провоцировал - общался с нею, беседовал, пировал, спал, оставил меч у ложа.
А она - не остановилась.
Играть в роковые эротические игры способна только умная и опытная женщина. Дура сразу полезет с ножом на врага. Наивная влюбится, простодушно признается и лишится всякой притягательности. Ум позволяет женщине испытывать к мужчине сложные чувства, отделять страсть от ненависти, расположение - от враждебности, любовь - от чувства долга. И не путаться в них, а четко проводить свою линию.



Юдифь была любимой ветхо-заветной героиней Мартина Лютера - великого реформатора церкви и ярого борца с ведовством и нечистой силой.



 В его страстных проповедях Юдифь символизировала победу чистоты и света над дьяволом. Общеизвестно, что Лютер страдал от жутких галлюцинаций и даже швырял чернильницей в привидившегося ему беса. 


Может быть, в своих мечтах он представлял отважную воительницу своей защитницей и грезил о том, как бы она расправилась с его кошмарами.


Юдифь тоже хотела победить. И благодаря своему опыту и знанию мужчин она смогла найти беспроигрышную тактику и бросила полководцу вызов: «Давай сразимся в сексе. Влюби меня в себя, и я тебя пощажу!» Но не пощадила.

Позор для мужчины - честь для женщины. Две морали - для сильного и для слабой.
И в середине IV века до нашей эры, когда автор писал историю Юдифи, и в Средние века, и в эпоху Возрождения, и в начале XX века люди поступком вдовы восхищались. Никого особенно не смущало ее коварство - ведь она втерлась в доверие к человеку, а потом убила его, спящего. Мужчина никогда не стал бы героем мировой истории за то, что отрезал голову спящему врагу. Женщине такое поведение позволяется, потому что она - заведомо слабее мужчины, а для слабого все пути, ведущие к благородной цели, оправданны. Иначе ему никакой победы не видать. Не могла же Юдифь сразиться с Олофериом в поединке на мечах!

Прошло две тысячи лет. Но и теперь мужчина теряет голову при общении с женщиной сексуальной, умной, зрелой, опытной, соблазнительной, роскошно одетой, благоухающей и искусно накрашенной. Сколько бы он на словах ни восхвалял девушек и жен кротких, безыскусных, скромных, белых и пушистых, появится перед ним Юдифь, умно польстит, поманит пальчиком, покажет ножку от бедра - и он сделает стойку и пойдет за нею как завороженный - доказывать, ч го он сильнее, или сладостно покорится. Потом он может прибежать обратно к милой и кроткой, раскаяться, биться головой об стенку - ежели она у него на плечах еще останется, но перед сочетанием в женщине откровенного сексуального вызова «сможешь ли ты меня покорить», ума и опыта - никому не устоять. Даже врагу.
Мужчины по-прежнему ждут от нас помощи в той ситуации, в которой сами не способны ничего изменить. И очень ценят, когда мы делаем это молча, не сообщая всех подробностей трудного дела. Юдифь не говорила старцам: «Я отправлюсь в стан врага, затащу его в постель и там прирежу!» Старейшины прекрасно понимали, каким образом вдова расправится с врагом. И если бы услышали от нее детали, то вынуждены были бы пресечь ее намерения: все- таки соблазнять - это грех. Юдифь пощадила самолюбие мужчин, промолчала и позволила старейшинам сохранить лицо, за что они ей были благодарны не менее, чем за убийство Олоферна. И прославили ее имя в веках. Если ты в чем-то помогаешь своему мужчине, то не кричи о своей помощи и не афишируй собственный героизм, и он сам тебя превознесет и отблагодарит (не всегда сообщив, за что именно!), а начнешь хвастаться и попрекать - оскорбится.





Реальная основа событий
Книгу Юдифи написали в середине IV в. до н. э., когда в Персидском царстве правил жестокий и надменный царь Артаксеркс III.
Когда он подавлял восстание, вспыхнувшее в Египте, Сирии и Палестине, главнокомандующим его войска был Олоферн.


 Полководец погиб в войне с иудеями, может быть, и от рук Юдифи. Война с ассирийским царем Навуходоносором произошла на триста лет раньше. Историки полагают, что в книге Артаксеркса назвали Навуходоносором, потому что легенда много раз переписывалась и разные события наложились друг на друга.


И картины на эту тему разных художников. И истории этих картин.
Юдифь всегда писали вместе с усекновенной головой Олоферна - попираемой ножкой, поднятой за волосы или находящейся в корзине. В крайнем случае - в процессе отделения головы несчастного полководца от тела. Во-первых, для того, чтобы зрители героиню сразу же узнали: «Кто тут у нас с отрубленной головой под мышкой? Ага, Юдифь». Во-вторых, художников пленял контраст между женственностью героини и ее жутким деянием. Что поделаешь - агресивный секс возбуждает мужчин, и секс, сопряженный с насилием, постоянно в топе! Внешность Юдифи обычно соответствовала идеалу красоты того времени, когда создавалось полотно.
Голова Олоферна выглядит по- разному - то мужчина в расцвете лет (Караваджо, «Юдифь с головой Олоферна», 1598-1599 гг.), то лысый старец (Дзанки, «Юдифь», 1660-1670 гг.), так как возраст полководца обычно находился в прямой зависимости от возраста художника, словно тот невольно воображал себя на месте Олоферна.



САМАЯ ЗНАМЕНИТАЯ ВОИТЕЛЬНИЦА
«Юдифь», Джорджоне,
1504-1505 гг.


Великий Джорджоне взывает к глубоким чувствам. Его Юдифь горда содеянным и печальна, так как при других обстоятельствах встреча с Олоферном могла завершиться любовыо, а не смертью. Ей жаль достойного противника. Голову Олоферна она не столько торжествующе попирает, сколько с чувственной нежностью поворачивает к себе босой ногой, чтобы запечатлеть в памяти черты врага. На губах покойного тень умиротворенной улыбки. В руках Юдифи остро отточенный меч: она позаботилась о том, чтобы смерть любовника была милосердной и легкой. В наше время из нее получилась бы «девушка Бонда» - женщина, которая разводит любовь и долг по разные стороны баррикады и способна сегодня любить тех, с кем расправится завтра.




«Юдифь с головой Олоферна», Лукас Кранах Старший, 1530 г.
Эта очаровательная, куртуазная, модно одетая Юдифь безмерно далека от легенды. Голова Олоферна на ее столике - трофей любовный, а не военный. Меч в ее руке - символ любви, лишающей мужчину рассудка на ложе страсти, а не головы на поле боя. Художник написал в образе Юдифи свою музу, Сибиллу Клевскую, супругу грозного курфюрста Иоганна Фридриха Саксонского. В руки красавицы он хотел вложить собственную голову, но раздумал, так как боялся вызвать ревность ее законного мужа. Художник предложил стать прообразом Олоферна самому курфюрсту. Тот охотно согласился. И, как оказалось, решением Иоганна Фридриха руководило провидение. Когда император Карл Габсбург IV приговорил курфюрста к смерти через отсечение головы за строптивый нрав, Кранах подарил ему картину с Юдифью. Карл посмотрел, как выглядит отрубленная голова непокорного вассала, надолго задумался и заменил казнь ссылкой.



«Юдифь с головой Олоферна», Караваджо, 1598-1599 гг.
На полотне Караваджо изящная, похожая на куколку Юдифь, брезгливо отвернувшись, пилит шею вопящему полководцу чем-то вроде большого кухонного ножа. Она с великим трудом преодолевает себя. В его Юдифи нет никакого героизма, никакой поэтичности и никакой эротичности. Вид у нее - как у современной домохозяйки, которой требуется обезглавить свежего судака, перед тем как приготовить заливную рыбу - противно, но сделать надо. Похоже, что Олоферна предварительно немного придушили: на шее у него шнурок, который он силится развязать, а рядом стоит с мешком наготове старая служанка с лицом наемного убийцы. Пугает сочетание обыденности с трагизмом, отчего совсем не трудно представить себя на месте Юдифи и пережить небольшой шок. Искусствоведы выяснили, что перед созданием картины художник присутствовал на казни через отсечение головы и выразил на полотне свои личные эмоции - отвращение, страх и брезгливость.







Самая роковая пожирательница мужчин.
«Юдифь 1», Густав Климт, 1901 г.
На переломе веков в моду вошли роковые красавицы, несущие смерть любимым. Почти все пространство картины занимает прекрасная Адель Блох-Бауэр - жена венского банкира и любимая модель художника. Именно с нее Климт, обожавший сильных женщин и испытывавший робость перед ними, писал свою Юдифь. Она ненасытно сексуальна, одета по венской моде тех лет - в золотое ожерелье-ошейник, в легкие ткани, и смотрит на нас с гордым и наглым выражением: «Ты будешь счастлив, если я тебя съем!» И чувствуется, что ей по душе соблазнять и убивать. Голову Олоферна сразу и не обнаружить - она притаилась в углу полотна как элемент орнаментального узора. 
Галина Зайцева.


ЕСЛИ ВАМ ПОНРАВИЛАСЬ СТАТЬЯ, вы можете поделиться ею в социальных сетях или по почте.
Погуляйте по рубрикам слева и справа ВОТ ЗДЕСЬ: http://vsesviazano.blogspot.lt/ - у нас много интересного!  Это давно уже не крайний пост в блоге, начните читать с его начала - там давно уже много новых интересных идей для вас!

А также подписывайтесь на наши новые сообщения! В колонке рубрик справа в нашем блоге в разделе "обо мне" http://vsesviazano.blogspot.lt/ для этого есть кнопка "ПОДПИСАТЬСЯ". Ведь ВСЕ СВЯЗАНО !


Комментариев нет:

Отправить комментарий